Blog

Posts Tagged Гештальт

Этюды о Гештальте-2

Из дневника гештальтиста.

Солянка. Гештальт-терапия и аутотренинг. Ежики в огород Когнитивно-Поведенческой Терапии. Этюды в духе Фрица Перлза.

В начале было слово, и слово было у сознания, и слово было «потребность». Когда мы приходим в кабинет психотерапевта, наша потребность формируется в терапевтический запрос, если мы хотим получить помощь. Если мы пришли в терапию (я настаиваю на предлоге «в», потому что терапия — это не нудный урок в школе и не мастер-класс, это меняющийся образ жизни и осознания), то значит, у нас в мозгу есть некий диссонанс между нашим нынешним состоянием и желаемым состоянием. Вот это желаемое состояние, полное надежд, фантазий и проекций — и есть наш терапевтический запрос. Результатом же терапии является нечто… среднее? иное? Нет, оно не расположено посередине между паршивым и желаемым замечательным, и не ведет куда-то «в иные измерения», как например, тоталитарная секта, меняющая потребности ее участников.

Результат терапии заключен в том, что клиент присваивает свое нынешнее состояние, производит в нем изменения и присваивает эти изменения. Ассимиляция. Не принятие — присвоение. Это — Я.

Естественно, требует сознание, и «принимает работу» — тоже сознание. Сознание подверженно целым одинадцати видам когнитивных искажений, как объяснили нам дотошные бихевиористы. Надо лечить — решили они.
Как лечить? Из их школы я знаю два подхода:
Первый — разными способами разъяснять, насколько глупы и искусственны мыслительные конструкты паци… виноват, клиента, и —
Второй — вооружить клиента дневничком, куда он будет записывать свои успехи, и заставить его самого вознаграждать себя за них. Это называется, между прочим, Mastery-und-Vergnügung Technik. Старый добрый бихевиористский метод.

Методов в арсенале КПТ неизмеримо больше. Среди них и запись случайных мыслей, и «реалитэтстест» — проверка мыслей на соответствие реальности, но я не собираюсь цитировать тут всю немецкую википедию. Это выходит за границы моих потребностей

Остановимся на Mastery-und-Vergnügung, а лучше, проедем по нему, не останавливаясь.
Те же дотошные бихевиористы, изучая депрессию, ввели понятие «Negative automatische Gedanke» — «Негативные мыслительные автоматизмы — НК». В книге James N. Butcher, Susan Mineka & Jill M. Hooley: Klinische Psychologie. 13. Auflage. Pearson Studium, München 2009, ISBN 978-3-8273-7328-1, на странице 299, вот она в гугле красивая: https://books.google.de/books…, этот термин предшествует самой Депрессивной Триаде Бека (Негативное экзистенциальное переживание, негативное онтологическое переживание, негативное футурологическое переживание). Извините за мой французский, на русский это переводится «Я — дерьмо, мир вокруг — дерьмо (люди относятся ко мне, как к дерьму), и меня ждет невыносимо дерьмовое будущее».
Эти самые негативные мыслительные автоматизмы — это те самые тараканы в голове. Это постоянно проговариваемые внутренним монологом формулы (еще один термин — из другого направления психологии), влияющее на психический и соматический статус, и при этом, живущие абсолютно своей жизнью. Они проговариваются внутри даже тогда, когда я пишу эту заметку. Только тихо, шепотом, чтобы проползти под токовой оградой моего рационального сознательного.

Я очень люблю бихевиористов, они похожи на кожаный мяч. Их можно нежно потирать по округлым бочкам их всеобъемлющих классификаций, поддувать через ниппель рационализаций, гипотез и стройных теорий, а потом с размаху пнуть ногой в накатившем приступе депрессии, которую столь старательно лечили наградами за успехи, что откормили до такой степени, что она не может вылезти из черепной коробки сквозь естественные отверстия. Когда я пишу это, пользуясь художественными ассоциациями, я персонифицирую героев моего абсолютно нехудожественного повествования. Вот, например, мяч. Он неодушевленный, но считает себя живым. Он чистенький и обработанный средством для ухода за кожей, но ему сейчас придется коснуться грязной травы психотерапевтической практики и улететь в канаву. Вот депрессия. Она довольна, ей хорошо, потому что она охраняет своего носителя от непредсказуемости мира. Депрессия есть генерализованный контроль. Она контролирует все — события будущего, опыт прошлого, ритм сна, половую жизньи и зажатые мышцы. Депрессия — абсолютная эмоциональная предсказуемость. Депрессия — это дозируемая неопределенность. Депрессия — это равномерно распределенное напряжение. В депрессии и радостные, и печальные события воспринимаются примерно с одинаковой сниженной остротой. Хорошо взрощенная депрессия ласково оберегает хозяина от эмоциональных встрясок, потихоньку питаясь его жизненным опытом, который он все больше и больше отказывается присваивать. Таким образом, депрессия питается отрыжкой носителя. Вот, я опять про отвращение.

Бихевиористы пытаются дрессировать депрессию. Я сейчас подвергну жестокому обесцениванию все столпы их терапии, как то —
1) Градуированная постановка задач клиенту, — Опять контролируемое напряжение. Сейчас мы потянем еще, еще, еще, и наконец, с помощью вытянувшейся, как у жирафа, шеи, возьмем с полки пирожок. Который, в моих фантазиях, к тому времени, уже засохнет. Это я так образно представляю потерявшую актуальность цель. А ведь у нас есть рука! Мы могли взять с полки пирожок рукой! По-моему, это классный инсайт, но произойти он мог только потому, что я присвоил свою правую руку. А если пирожок невкусный? А что, если он с капустой, а не как я люблю — с малиной? Зачем я тянулся к пирожку и для чего мне теперь жирафья шея? Конечно, я могу применить ее в этом сложном мире, как приобретенный навык, но я живу не в зоопарке, и лишь с удивлением наблюдаю, как сотни людей вокруг едят свои любимые пирожки руками. И, забравшись своей гибкой и длинной шеей в кабинет психотерапевта-бихевиориста, наблюдаю, какой когнитивный диссонанс испытывает тот психотерапевт-мячик из моих фантазий, когда клиент говорит о том, что достигнутая цель оказалась совсем не тем, чего он хотел. Совсем не тем, ради чего стоило «потерпеть». Это очень много обесценивания и в адрес терапевта, и в адрес себя.

2) Планирование деятельности и сопровождение. Или просто «Мы покакали». В такой ситуации Терапевт просто примеряет на себя роль родителя и немножко возвращает клиента в детство, в ту эпоху, когда подсознание и сознание не было еще так загажено, как бы говоря ему «в случае чего, я тебе и подгузник поменяю, и в угол поставлю». Хотя клиент уже давно не писается и не бьет стекол. То есть, терапевт принимает на себя часть ответственности клиента за свою жизнь. Размывает свои границы и подвергает свое поле риску трансфера и слияния. Но ведь хорошо известно, что если полнота ответственности за действие не лежит на личности, то личность с трудом присваивает результат действия. Хотя кому это известно, это же я сформулировал только что, но мы сделаем вид, что я это где-то прочитал.

3) И, наконец. Мое любимое. Mastery-und-Vergnügung, задача и поощрение. Откорм депрессии вкусными леденцами, чтобы она не так грызла хозяина, и, в конце концов, умерла от диабета.
Внимание, мы переходим к сути. Если бы я был бихевиористом, я бы не разрешил себе пойти покурить, пока не дописал эту заметку. А я пошел, скрутил сигарету, а потом еще усугубил свой разврат ломтиком сладкой дыни. Или двумя. Или тремя, не помню, но все-таки, похоже, их было не больше двух. Я не должен был так делать. Я должен был разделить тетрадный лист на три графы под линейку и аккуратным, АККУРАТНЫМ почерком записать в крайней левой: Я должен изложить свои мысли по психологии. В следующей: Я изложил свои мысли и выложил это в фейсбук. В крайней правой: Моя награда: дыня, один кусочек. Затем подумал бы и написал: Если эта заметка наберет сто лайков, я куплю себе торт. Кстати, я реально его куплю, если она их наберет. В ваших лайках — моя судьба. Я делегирую вам ответственность за нее. Вы сможете ее нести?

Зачем нужен этот БДСМ с наградами? Да все просто. Помните наших любимых тараканчиков в голове, негативные мыслительные автоматизмы. Мы пытаемся закормить их сладеньким. Мы попытаемся закрепить каждый наш игнорируемый ранее успех. Чтобы его если даже и не присвоить — то гвоздиками прибить. И даже если упрямый внутренний монолог будет навязчиво повторять «ТЫ — ДЕРЬМО!», то мы сможем с достоинством отвечать ему: «нет, я не дерьмо! Видишь, как я хорошо посуду помыл?». Но внутренний монолог с легкостью обесценит все награды клиента. И главное, если подкрепление нарушится или награда утратит актуальность, выйдя за круг потребностей, то привыкший к поощрению разум спросит, наконец: и что? все зря?! Видите, я в формате монодрамы проиграл для вас коротко последствия такой терапии Лечебной Камерой Скиннера (клеткой для крыс, куда можно с помощью электронной схемы вводить всякие стимулы для грызуна, от приятных до болевых, и связывать их со звуковым сигналом или вспышкой лампочки путем условного рефлекса).

Очевидным недостатком такой терапии также является создание дополнительных напряжений — нереализованных потребностей, незавершенных гештальтов, ради того, чтобы контролировать напряжение связанное с «жизнью, идущей не так». Растущий снежный ком напряжений ничего хорошего не сделает.

И все это ради чего? Ради того, чтоб эффективно спорить с самим собой, со своим внутренним монологом? Чтобы предъявлять ему доказательства, как в суде?

Рассмотрим на примере другой монодрамы, что происходит у Гештальт-психотерапевта.
Клиент: Я — дерьмо.
Первым вопросом гештальтиста в таком случае будет
— А откуда ты это узнал?
Клиент пустится в длительные рассуждения. Тут возможны варианты: его могли длительно унижать, подавляя волю к сопротивлению и интроецируя формулу «я — дерьмо», а мог путем когнитивных искажений, виды которых вам подскажет немецкая википедия, дойти до этой чудной мысли сам.
И, наконец, терапевт произведет несколько интервенций и дойдет до границ личности клиента. До того момента, где внешние воздействия кончаются, и начинается его личная зона ответственности.
Единственный правильный ответ на вопрос «А откуда ты узнал, что ты — дерьмо» — это «Я сам это придумал/в это поверил». Или, как это блестяще сформулировал Николай Медведев — «Я сам с собой об этом договорился».

К большинству ситуаций личность идет таким путем, о котором она договорилась с собой сама. Бихевиорист пытается формализовать этот договор системой заданий и наград. Задания и награды ведут к определенности (нет). Задания и награды помогают (на самом деле, тоже нет) выиграть бесконечный спор с самим собой. Я же считаю, что то, как ты сам с собой договорился, рождает ВНУТРЕННИЕ УБЕЖДЕНИЯ — вот этот термин я как-то раз сформулировал в терапии, в которой я находился, и я хотел бы, чтобы вы обратили на него внимание.

Внутреннее убеждение (внутренняя убежденность) — альфа и омега когнитивных искажений, но также — опора осознанности.
Внутреннее убеждение — это устойчиво существующая в сознании мыслительная формула, выведенная из опыта действий, переживаний и представлений логичным или нелогичным путем, содержание которой не подвергается разумному или эмоциональному сомнению
Я предлагаю вам потравить тараканов в вашей голове. Их там собралось слишком много.

Аутотренинг (Аутогенная тренировка) — течение в психотерапии, которое состоит в практике самовнушения. С помощью устного повторения формул практик аутотренинга вызывает в себе телесные и духовные переживания. Да, мы сидим на стуле, закрыв глаза и повесив голову, и повторяем формулы. Отключившись от внешних стимулов и постепенно вытесняя внутренние, мы можем увидеть/услышать, что нам мешает сосредоточиться и придти в состояние спокойствия. Мы слышим шелест наших маленьких любимых тараканов. А потом мы начинаем повторять формулы. С помощью слухового и моторного запоминания мы «вбиваем» себе в сознания новые установки, новые Внутренние Убежденности. То, что раньше произносилось робко и неуверенно — «Я — красивый?», «Я — умный?», настойчиво говорится в полный голос. Против тараканов необходимо подходящее орудие. Наш собственный голос должен перейти в голос внутренний.

Одним из многих критериев научности психотерапевтического метода является то, что данный метод можно объяснить с позиции другого метода. Аутогенная тренировка прекрасно отвечает на гештальтистский вопрос — «Как оно сейчас?» — да, вспомним Перлзовское «How and Now». Отключая внешние раздражители, мы обращаем большее внимание на внутренние. А повторяя формулы раз за разом, поначалу не веря в их содержание, мы создаем внешне-внутренний стимул: звук нашего голоса, ощущение от произнесения, необычные ощущения в расслабленных частях тела. И, наконец, внутренний голос, появившись из ниоткуда — мы его «сами придумали», сами дали ему текст — отправляется в никуда.

Не говорите мне, что вы не занимаетесь такой ерундой, как сидение на стуле с опущенной головой и повторение короткой фразы. Послушайте ваш тягостный внутренний монолог. Он из таких фраз и состоит, и вы не замечаете его только тогда, когда очень чем-то увлечены — и то, ненадолго.

Таким образом, все, у кого есть сознание, занимаются аутогенной тренировкой. И для повышения эффективности индивидуальной и групповой психотерапии, нам нужно взять этот процесс под свой контр…. нет! Я вас обманул! Нет ничего в жизни неэффективнее и токсичнее контроля. Для повышения эффективности индивидуальной и групповой терапии необходимо сделать естественный процесс аутогенного внушения осознанным, принять на себя за него ответственность (да-да, еще и за него ответственность принять) , и, тем самым — присвоить его!

 

Тюнингованный Volkswagen-Microbus

Тусовочный микроавтобус — это Гештальт-автомобиль!